Какое будущее у Кыргызстана?
(читатель может смело менять "Кыргызстан" на "Казахстан")
Э. Джаманбаев,
Председатель Правления
Центр Тренинга и Консалтинга
Несомненно, всех нас беспокоит и тревожит то, что происходит и еще более то, что может произойти и произойдет. Вопрос актуальный и для беднейших слоев населения, и для служащих, и для предпринимателей, и для сотрудников, и владельцев крупного бизнеса.
Много псевдоаналитики публикует российская и центрально азиатская пресса, политологи соревнуются в своих изысканиях, посетители разнообразных Интернет ресурсов изгаляются в свободной матерщине к прошлому, текущему и друг другу.
Местные политики проводят политические консультации и переговоры, кто с кем, кто куда, кто - откуда, бизнесмены просматривают десятки страниц Интернет новостей и ищут либо «крышу», либо канал вывода бизнеса за границу, либо застыли в парабиозе. Граждане опасаются за свою работу, свои дома, участки, своих детей, свою безопасность.
Фактически, ситуация, во многом схожа с пролетарской революцией начала прошлого века, стоит только поднять труды В. Ленина периода 17-24 гг. двадцатого века и убедиться в этом. Однако, есть абсолютно новые факторы влияния на развитие ситуации в мире и в нашей стране. Ранее, я их изложил в тезисах «Современная социальная экономика Кыргызстана». Так что же произойдет у нас и почему? Как повлияют незыблемые законы социальной экономики на развитие ситуации?
Следует отметить сразу, что в независимости от того, кто придет к власти, каков будет президент и парламент, ситуация будет развиваться по своей логике. Личность президента и парламентариев либо ускорят процесс, либо замедлят. Пойдут ли поперек законов или будут их использовать – от этого зависит лишь сила проявления социальных законов.
Противостояние и конфликты будут нарастать и только нарастать. Посмотрите, что происходит во всем мире, в любой стране мира – нарастание конфликтов. Конфликтов самого разного уровня и пластов, базовой причиной которых является растущая роль культуры в глобальном устройстве и усиление конфликтов культурных групп (афроамериканцы, латинос, русские, китайцы – в США, этнический центробежный взрыв в бывшей Югославии, бойня на Кавказе, семейные кланы в Италии и так далее). В Кыргызстане, таких культурных разнородных групп множество: родоплеменные группы кыргызов в сельской местности, этнические не ассимилированные группы других национальностей, аильские и городские кыргызы. Каждая из групп имеет свои ценности, свой язык, нормы, традиции, свою «корпоративную» культуру. Кыргызы никогда не были одной нацией, они всегда довольно четко делились по родовым кластерам и редко уважительно отзывались о других родах. Городские киргизы (и не только они), потерявшие, в основном, логику родового деления ассимилировались в кросс культурном плане и больше представляют новое племя киргизов – «городские». Еще с советских времен наблюдается противостояние сельские – городские. Попытка советской власти сблизить деревню с городом с треском провалилась. Сейчас же происходит просто аильская поллюция в город (по аналогии мирного захвата территорий других стран массовым заселением китайцами). На территории города столкновение племен только ужесточается не только по признаку город – село. Если раньше, сидя в аилах, сельчане только сплетничали о хитрости Сартов, наглости Саяков, чопорности Сарыбагышей и так далее, то сегодня, они сталкиваются лицом к лицу в городе и пригородах. Борьба за портфель, за кресло, за землю, за женщину, да за что угодно принимает уже оттенок не борьбы профессионализма за развитие, а борьбу рода- племени за выживание, или уничтожение «чужих». Заметьте, на всех уровнях! Возможно, пара процентов реальной интеллигенции стараются об этом забыть. Но они не есть активная часть нашего разрозненного общества.
Учитывая географическое и климатическое различие регионов, различия инфраструктур и системы накопления передачи знаний в регионах, - эти различия между регионами будут только усиливаться, и усугубляться и это коснется всех форм жизнедеятельности, никакие попытки урегулировать проблему районными коэффициентами не спасут ситуацию. Это приводит к неравенству регионов, а следовательно к росту взрывоопасности ситуации, ожидающей детонации. Кроме экономического неравенства будет недовольство в регионах и на почве языковых и этнических различий. Число экстремистских групп будет нарастать, ибо демократия для них помеха, и они будут ее сметать силой. Не даром, даже такие развитые страны как Канада, Австралия, Япония, Германия и прочие, четко разделяют стратегии федеральные и провинциальные, стараясь учесть существенное различие регионов между собой.
Политические требования будут все разнообразнее и противоречивее. И управлять, используя старые подходы, таким разнообразием, правительству будет практически невозможно, также трудно ему будет выступать посредником между ними. Политики будут парализованы противоречивыми требованиями граждан своей страны. Правительство станет еще более уязвимым под давлением мозаичных массовых движений.
Кроме того, противоборство влиятельных сторон разной экономической формации может провоцировать паралич управленческих решений власти. Так, например, сторонники формации первой волны будут лоббировать инвестиции и развитие аграрного сектора экономики, они найдут сотни убедительно выглядящих аргументов, почему Кыргызстан должен развивать сельское хозяйство, животноводство и тому подобное. Они найдут десятки тысяч сторонников в сельской местности. В то же самое время, сторонники формации второй волны, то есть индустриальщики, будут напирать на необходимость развития промышленности, восстановления или организации новых производств. И у них найдется аргументов ничуть не меньше, чем у аграрников, так же как найдется и сила лоббирования этой позиции. Тем более, что они будут поддержаны так же тысячами граждан. Агрессивная и прогрессивная позиция приверженцев третей формации будет тоже весьма убедительна и аргументирована, да и подкреплена финансово. Соответственно, разделение умов и населения будет обостряться и в этой сфере. Попытка власти включить в приоритеты экономического развития десяток разных отраслей, попытка пойти на компромисс под давлением и натиском той или иной стороны вызовет шквал критики и возмущения. А без однозначного акцента на развитии только двух – трех отраслей, правильно выбранных на основе глобальной конкуренции и стратегии развития ориентированной на 20- 50 лет – страну ожидает еще большее отставание в мировой экономике и усиление нищеты. Богатые страны, решая свои внутренние или глобальные проблемы, будут значительно влиять на решение нашего правительства, что означает принятие нами навязанной модели развития. И правительство тоже будет находить сотни красивых аргументов, почему принято то или иное решение.
Ситуация последних дней гротескно проявила суть любого общества, отчетливо наблюдаемого, но мало признаваемого всеми правительствами факта:
Любое общество имеет своих паразитов, ожидающих момента, когда безнаказанно можно будет урвать, у кого ни будь что ни будь. Мародерство, самозахват земель, бомжевание – это не есть просто показатель нищеты, это показатель степени паразитизма в умах населения страны. Они всегда будут требовать от правительства благ, льгот, решения их проблем, при этом, отдавая обществу и стране самый мизер в ожидании получить взамен нечто гораздо большее, чем их собственный вклад в развитие.
Гораздо меньшая часть населения будет прямо подрывной, зловредной и деструктивной частью. Горлодеры, экстремисты, организованная преступность были, есть и будут в любой стране.
А некая часть общества, те, кого можно причислить к категории «гражданское общество» будет или социально пассивной, смотреть телевизор и возмущаться в своем кругу, или социально активной, пытаясь создать какое то адекватное движение или конструктивно решать возникающие проблемы сообща.
В таких условиях, любая страна должна иметь институт принуждения. Принудительно, силой требовать исполнение закона. Выявлять паразитов и деструкторов и подчинять их жизни по правилам. А это уже требует жесткой политической воли, силы и смелости и действенного аппарата власти. Но любая деструктивная сторона, попав под пресс, начинает возбуждать массы, тем более, в условиях свободы слова и легкости давления группами людей на решение суда и правительства, требуя своей свободы.
Социальные проблемы не будут самоликвидироваться, а будут только нарастать. Попытки государства решить социальные проблемы через амбициозные программы и проекты, (типа известных своим провалом программ «Манас», «Маданият», «Адилет», преодоление бедности, и прочее) приведут лишь к таянию финансовых инъекций и деморализации участников. Попытки любого государства самостоятельно решать социальные вопросы вызывают и вызовут жесткое сопротивление у части населения (примеры: монетизация льгот, реформа ЖКХ в России, реформа здравоохранения Хиллари Клинтон и пр.). Но наше правительство, кто бы там не был не сможет устоять перед соблазном создавать и решать социальные вопросы через такие программы, тем самым, облекая себя и страну на дальнейший кризис.
Отсутствие достаточного количества адекватных, стратегичных государственных менеджеров, к тому еще и честных, смелых, патриотичных, понимающих глобальные перемены цивилизации, и не связанных грузом родственных обязательств в нашей стране исключительно ограничено. А если такие и есть, то их либо не знают те, кто принимает у нас в государстве кадровые решения, или такие менеджеры не пойдут на мизерную зарплату, не желая брать взятки и воровать.
Таким образом, нарастание конфликтов и усиление давления группировок внутри страны с одной стороны, давление геополитических монстров и сильных соседей с другой стороны, и, самое главное, отсутствие требуемых государственных менеджеров с четвертой стороны, дает мне возможность сделать неутешительный вывод о том, что у нашей республики весьма слабые шансы на здоровое и процветающее будущее в ближайшие 40 – 70 лет.
Буду рад, если ошибаюсь.
